Антон Шипулин: «С Фуркадом друг друга не поняли, но конфликт исчерпан» (ВИДЕО)

Напомним, что в четверг между спортсменами произошёл разговор на повышенных тонах, из-за того, что Фуркад подрезал Александра Логинова в смешанной эстафете. Мартен финишировал в спринте с двумя промахами и на третьем месте. Шипулин стал 21-ым, оставив незакрытыми три мишени.

ВИДЕО ВИДЕО ИНТЕРВЬЮ

С олимпийским чемпионом побеседовал корреспондент «Тюменской арены» сразу после финиша.

— Спринтерская гонка совершенно не задалась с самого начала. Не так хорошо бежалось, в отличие от микста. Три промаха — это слишком много для чемпионата мира. На «лежке» не понял, почему не закрыл мишень, а вот две ошибки на «стойке» мне ясны. Очень обидно. Мне бы хватило пяти попаданий на втором рубеже, и я мог бы быть в тройке лучших. Что это было — нервы, акклиматизация? Трудно сказать. Будем разговаривать с тренерами, — рассказал Шипулин.

— Вы развили хорошую скорость с самого старта…

— Может быть, не хотел отставать от соперников даже без стрельбы. Немножко «задохнулся».

— Не жалеете, что вступили в словесную перепалку с Фуркадом?

— Не жалею, потому что ситуация исчерпана. Хотя несколько дней мы с Мартеном общались на эту тему. Особо не нервничал и перед гонкой спал нормально.

— Почему вы решили стартовать во второй группе?

— Я планировал, что уйду на дистанцию в 20-ых или 30-ых номерах. Но желающих стартовать в первой группе было слишком много, поэтому компьютер перекинул меня в конец второй тридцатки. Было некомфортно, но в спринте всё решил не лыжный ход, а стрельба.

— Удалось ли вам донести Мартену свою позицию?

— Да, я понял, что на пресс-конференции не очень хорошо работала переводчик. Суть моих слов она не доносила. С Фуркадом мы заново объяснили позицию друг друга. Всё же к определённому мнению прийти не удалось. Наверное, это разница менталитетов. Нам всё же удалось найти компромисс — этот конфликт должен быть погашен. Мы приехали на чемпионат мира соревноваться, а не ругаться. Теперь нам легче — и я, и Мартен знаем позиции друг друга. Мы договаривались пожать руки после спринта, потому что к этому шагу нас подталкивали руководители федераций и тренеры.