Дамир Рахимуллин: «Тунхузин играл с моим старшим братом»

— Ну, я же пермский, с Урала, — отметил Рахимуллин в беседе с корреспондентом АСН «Тюменская арена».

— В Перми с защитником Станиславом Тунхузиным не пересекались?

— Я с ним знаком, он с моим старшим братом Егором играл в одной команде. Они примерно одного возраста.

— Имена у вас с братом, скажем так, из разных культур…

— У нас мама русская, а папа — татарин. Видимо, папа мне имя выбирал.

— Кстати, Тунхузин рассказывал, что Пермь — самый суровый город из тех, где он бывал.

— Я тоже такого сурового города не встречал. От людей же всё зависит. Они в Перми жёсткие. Не знаю, с чем это связано. Городской район Мотовилиха, в котором и Стас вырос, и мы с братом, способствует выработке характера. Он, скажем так, достаточно криминальный.

— Тем не менее, вы же пошли другим путём?

— А у меня выбор был. Либо стать хоккеистом, либо впустую растрачивать свою жизнь на вредные привычки. Спорт дисциплинирует человека и помогает не пойти по кривой дорожке.

— Проведя фактически четыре сезона в КХЛ, какой совет можете дать молодым игрокам, которые делают первые шаги во взрослом хоккее?

— Я считаю это самый важный и ответственный этап, когда происходит переход из юношеского спорта во взрослый. Потому что ты выходишь играть не с детьми, а против реальных мужиков. Хоккей гораздо жёстче, тактически сложнее, да вообще совершенно другого уровня игра. Уже не получится взять шайбу и обкатить всю команду соперников. Это бывает, конечно, но крайне редко. Нужно успевать перестраиваться.

— У вас сразу получилось?

— Как сказать. Для меня жёсткий хоккей — это нормально. Я сам люблю силовую игру, по «физике» я никогда не уступал.

— Какой вес жмёте лёжа?

— Сто двадцать килограммов подниму.

— Случайно, пауэрлифтингом не занимались?

— Нет, никогда в жизни. У меня даже история была, что, учась уже в классе шестом-седьмом, я ни разу не мог подтянуться на перекладине. Начал каждый вечер ходить с отцом на турники и сейчас я могу спокойно раз двадцать подтянуться.