Тюменский врач работает с биатлонной сборной Кореи! (ВИДЕО)

Там с доктором случилось страшное — в одном из матчей шайба прямой наводкой от борта отскочила ему в висок. В реанимации коллеги Сергея Гилёва спасли ему жизнь. Совсем недавно сибиряку пришло серьёзное предложение — стать эскулапом сборной Южной Кореи по биатлону. Сейчас за команду выступает немало бывших россиян, в том числе и тюменцев. Корреспондент «Тюменской арены» встретил Сергея Гилёва на этапе Кубка мира во французском Анси.

ВИДЕО

— Спортивный доктор может быть универсальным, поэтому больших проблем от перехода из хоккея в биатлон я не испытал. В апреле этого года мне позвонил вице-президент федерации биатлона Южной Кореи Джимми Ким, который немного говорит по-русски, и пригласил меня на работу. Как я понял, по рекомендации вице-президента IBU Виктора Майгурова, — рассказывает Сергей.

— В Южной Корее уже были?

— Да, в сентябре мы жили там месяц на сборах вместе с командой. Особых нареканий в бытовом плане у меня не было. Разве что с массажистом нам пришлось спать на циновке на кухне. Нас поселили в апартаментах недостроенной олимпийской деревни, где будут жить журналисты. Но к полу быстро привыкаешь. День-два поболит спина, и потом нормально.

— В Ханты-Мансийске вам приходилось сталкиваться с биатлонистами?

— Да, а также с лыжниками. Например, я работал как врач при подготовке к Олимпиаде Антона Гафарова. До сих пор с ним отлично дружим. Индивидуальные виды спорта мне не чужды. Я и сам занимался лёгкой атлетикой.

— Как вы попали в хоккейный «Газовик» из Тюмени?

— Я работал простым клиническим ординатором, но чуть поддежуривал в спортивном клубе «Эдельвейс», который был на хорошем счету. Там меня заметил директор команды Александр Карлович Ковалевский. Благодаря ему, а также врачу «Газовика» Александру Емельяненко, я пришёл в спорт и смогу поработать на Олимпиаде.

— Страшная травма, которую вы перенесли в «Югре», не отбила охоту работать в спорте?

— Травма сыграла определенную роль. 2 или 3 месяца после попадания в висок, я не мог выходить на лёд. После любого отскока шайбы по борту, я рефлекторно, словно после войны, падал на пол. Но я бы ушёл из «Югры» в любом случае. Тогда задумывался о переезде в Тюмень. Дело в том, что у меня скоропостижно ушёл отец, и хотелось перебраться ближе к маме. Но поступило предложение от биатлона.

Корейцы долго проверяли меня, обзванивали спортсменов, с которыми я работал. Как выяснилось потом, я был далеко не первым кандидатом.

— Как вы общаетесь с настоящими, ненатурализованными корейцами?

— На английском. Они говорят плохо, но очень стараются. Их иногда очень тяжело понимать, потому что артикуляция в корейском языке очень сложна. Хотя я знаю «базовый набор выживания» на корейском.

— Вы всю зиму базируетесь в Европе?

— После этапа Кубка мира во Франции, я полечу на 8 дней домой. 29 декабря мы вернёмся в Хохфильцен. Следующий раз дома я буду на финальном этапе в Тюмени.

— Какой план подготовки у вашей сборной?

— Думаю, что лидеры команды — Анна Фролина и Тимофей Лапшин — пропустят этап в немецком Рупольдинге.

— Чем характерна работа с южнокорейскими спортсменаи?

— С ними намного проще. Азиатский менталитет более покладистый. Я работаю совсем без давления. Руководители не залазят на территорию врача. Это совеем другая ситуация, нежели в российском биатлоне или хоккее. У нас зачастую тренер и жнец, и кузнец, и на дуде игрец. Статус врача в спорте здорово падает.

— Как Тимофею Лапшину удаётся показывать хорошие результаты после такой серьёзной травмы?

— Соматически он здоров. Сейчас его уровень тренированности чуть отстаёт. Но Тимофей сам виноват в том, что перед сборами решил поиграть с друзьями в футбол ии порвал связки. Корейским врачам нужно отдать должное — они быстро прооперировали Тимофея. После занимались им я и массажист. Опыт у нас большой. В хоккее из-за огромных контрактов, приходилось часто ставить на ноги спортсменов в максимально сжатые сроки.

— У Анны Фролиной были проблемы со здоровьем, когда она выступала за Россию…